Взято у varandej .
…Когда-то, в старшей школе, у меня был эпизод, запомнившийся на всю жизнь. Наша учительница биологии была совсем не похожа на стереотипную «училку» — стройная, рыжая, глазастая, и несмотря на возраст (ей было лет 35-40), красивая, что вкупе с резким характером придавало ей сходство с ведьмой. И вот уже не помню, к чему, но как-то на её уроке одна моя одноклассница в шутку бросила «А я в снайперы пойду, парней отстреливать!». Учительница же тот час переменилась в лице, и сказала:
-Когда в городе, где мы жили, началась война, и в соседнем доме нашли снайпершу, её сбросили с крыши.
Я не удержался тогда, и спросил, что это был за город. Учительница ответила — Бендеры в Приднестровье. И хотя у меня был прадед-ветеран (причём сводный, родной погиб в 1941-м), и я рос под сводки из Чечни, именно эта фраза учительницы биологии заставила меня понять, что война — реальна. Вот в Бендеры я из Кишинёва-то и поехал…
Точнее, в Варницу — район Бендер, оставшийся под юрисдикцией Молдовы, где тоже есть, на что посмотреть. Границу снова пересёк пешком, причём граница здесь односторонняя — ведь с точки зрения Молдовы, её тут как бы и нет. На посту меня встретил суровый КГБшник (здесь это так называется), зарегистрировал меня, поинтересовался, сколько везу денег, и направил к пограничнику в соседней будке. Там я заполнил миграционку, и в общем граница прошлась куда легче, чем я ожидал. Дальше меня встретил на своей машине Борис  из Тирасполя, который и показал мне Приднестровье.
В Бендерах есть турецкая крепость в глубине промзоны, между заводом и воинской частью:

31.



И горком со следами пуль и осколков:

32.


И общую атмосферу Бендер я бы выразил как «напряжённая тишина» — да, сейчас тут очень спокойно, уютно и расслабленно, но всё же память о недавней войне ещё висит в воздухе. Город был тогда серьёзно ранен, и рана хотя и давно зажила, но ещё ноет по осени. В городе есть музей Бендерской трагедии и несколько мемориалов. А генерала Лебедя, который остановил войну, пригрозив дать залп по Кишинёву из российских «Градов», сейчас уважают и в самой Молдове: небольшое Приднестровье было гораздо лучше вооружено, и если бы Лебедь не вступился за него — война могла бы затянуться на годы и унести десятки тысяч жизней. Сейчас Молдова и Приднестровье живут сами по себе — но мирно, и съездить из одной страны в другую не сложнее, чем из России в Беларусь. А российские миротворцы в форме-«пиксельке» так и стоят на въездах в Бендеры до сих пор.

33.


Бендеры и Тирасполь, а также вклинившееся между ними болгарское село Парканы — единое целое. В 1994 году между ними даже запустили троллейбус:

34.


И Тираспопь — это тоже столица, хоть живёт в нём всего-то 140 тысяч человек. И если Кишинёв напомнил мне Маленький Киев, то Тирасполь — это Маленький Минск: правильный, сталиансовый, чистенький и увешанный социальной рекламой. Если в Молдове главный герой Стефан Великий, то здесь — Александр Суворов:

35.


С Борисом и Александром  съездили на машине через всё Приднестровье на север, за Рыбницу. Сама же Рыбница, удалённая от Тирасполя на 130 километров — экономическая столица ПМР, так как в ней находится настоящий металлургический комбинат. Впрочем, индустриальный дух наваливается уже в Бендерах, Приднестровье гораздо более индустриально, чем Молдова, и я это вижу уже не первый раз: когда в бывшей ССР есть две явные части — аграрно-националистическая и индустриально-пророссийская/просоветская. Украина, Казахстан, возможно кто-то ещё — но только  здесь дело дошло до раскола.

36.


Размером ПМР примерно с Люксембург, и мне сложно было представить, что страны бывают настолько маленькими — местами, особенно  с холмов молдавского берега, его реально видно насквозь.

37.


Вот украинская граница подходит вплотную к шоссе:

38.


А за Днестром Молдавия. Причём два берега тут похожи на зеркальные отражения: сёла стоят напротив сёл, леса и поля — напротив лесов и полей.

39.


В первые несколько часов меня поражало именно вот это осознание: во всём мире считается, что Приднестровья нет — но оно есть, я вижу его своими глазами, хожу по нему своими ногами. И главное впечатление здесь именно то, что Приднестровское государство СОСТОЯЛОСЬ. По крайней мере на взгляд гостя, ПМР не выглядит ни «осаждённой крепостью», ни «пиратской республикой». Бедность и изоляция не мешают тому, что здесь идёт нормальная жизнь. Никакой ненависти к Молдавии я не заметил, отношение к ней тут как к ближайшему зарубежью, не говоря уж о том, что многие приднестровцы имеют молдавские паспорта (правда, таковых несколько меньше, чем с российскими паспортами) — ведь собственные документы непризнанного государства за его пределами так же не признаны. Если же говорить об уровне жизни, то обе страны очень бедные, и Кишинёв существенно богаче Тирасполя, но молдавская глубинка беднее приднестровской. Кроме того, сказывается и наличие «твёрдой руки» — в Приднестровье чуть лучше дороги, чуть благоустроеннее города, чуть новее транспорт, зато гораздо хуже с торговлей и общепитом.

40.


А вот школьники в Бендерах проводят благотворительную акцию — собирают деньги для, кажется, детских домов:

41.


…Из Тирасполя я вернулся в Кишинёв и поездом уехал не в Москву, а в Киев. Умудрился попасть в пьяный плацкарт: на соседней полке ехал характерный «гопник-философ» (сколько раз мне такой типаж попадался!), который конечно предпочитал философствовать в компании себе подобных. Так человека четыре молдавских гастрбайтера со всего поезда и бухали всё то время, что я ехал — впрочем, я был настолько измотан, что спать мне это не мешало. Под конец начали задалбывать своим ором, но в то же время мешать им было как-то совестно: пусть погуляют, пока не в России… В Киеве же я был в гостях, но гулял по украинской столице много:


Первая часть о посещении Молдовы не влезла, и раз начали резать, так обрезали и Украину. Полностью можно посмотреть у автора.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники